Последний визит: 2019-10-21 18:40:41
Сейчас не в сети

Золотой Наблюдатель

…День подходил к концу. Серело лазурное небо. Туч становилось всё больше. Белые и мохнатые, они летели с всё большей скоростью, плыли по бесконечному пространству. Они становились больше, приобретали другие оттенки, серели, чернели, а после проливались дождями и снова превращались в белые. Именно среди таких облаков летал Он.
Он был невидим для всех. Во всяком случае, Его почти никогда не видели люди. Либо молчали, либо не хотели сказать. Впрочем, Он знал, что невидим. Летал, метался по этому самому небу, искал себе место, но не всегда с лёгкостью мог найти.
Сегодня место нашлось как-то быстро. Махровая подстилка была лишена дождевых капель. И само облако было не больше Него. Он сидел на нём, свесивши ноги с «обрыва» и внимательно рассматривал мир. То, что происходило внизу, казалось мелочным и неинтересным, однако иногда там случались поистине невероятные события. Особенно Ему нравились чувства. За то, что играли с людьми и подчиняли себе их волю. Было интересно смотреть, ждать, что случится после…
Сидел на самом краю, но совершенно не боялся упасть. Огромные золотистые крылья, жёлтые, точно сам свет, и горячие подхватили бы его и не дали упасть и разбиться. Они были сложены за спиной и всегда готовы к полёту. Мягкий пух длинных перьев грел кожу невидимого существа и успокаивал всех, и Его.
Он облетал всё небо и уже устал. Золотые крылья достаточно осветили мир, по расписанию должна была наступить Ночь. Ночь, увы! - не его время. Ему уже пора отдыхать. Мягкое облако послужит отличным местом.
Звёзды висели в вышине и кидали бледный свет на просторы. Они не могли осветить мир, так как это делали Крылья, но они пытались, горели изо всех сил. Мерцали, срывались со своего места и иногда падали, достигши предела возможностей; слабый призрачный свет всё ещё долетал до земли.
Он лежал на белой перине, мягкое облако окутывало со всех сторон и нежно обтекало Крылья. Было тепло, удобно и хорошо, однако спать не хотелось. Не в Его природе было закрыть глаза и на время позабыть то, что творилось внизу. Каждый раз это давалось с боем. Но Ночь заставляла его это делать, вторгалась в День с удивительной лёгкостью и диктовала свои права.
Звёздное небо укрывало Его, как шаль. Ложилось на тонкие плечи и огромные крылья, блестело, заставляло любоваться собой, а ещё немного отгоняло тот жар, который исходил от крыльев. Оставалось лежать и бездумно смотреть в будущее. Живые горящие глаза в темноте немного тускнели, но в них по-прежнему можно было различить яркий бушующий пламень.
Они, его неутолимая сила и крылья освещали этот порученный Ему мир, как солнце, а сам он, точно Бог, знал всё, что было и будет. Точнее, что должно быть. Некоторых людских поступков не мог предотвратить даже такой, как Он, даже со всей его силой. Хрупкий с виду, но могущественный внутри, он иногда думал, что выглядит так неслучайно. Намеренно, чтобы давать надежду другим. Точно говоря собой, что даже самый слабый и хрупкий на свете может обрести силу, мечту и счастье.
Так, оставалось закрыть глаза и думать, вспоминая, что было, или подглядывать за миром через небольшую щёлку, проделанную в облаке взглядом.
И Он был прав. У людей снова кипели страсти.

…Любовь. Пожалуй, главная из эмоций. За ней Он любил наблюдать больше всего. Она представляла самый большой интерес. И не только для Него, для людей тоже. Особенно для молодых.
Это чувство было каким-то странным, оно могло менять сознание и творить с людьми немыслимые вещи, заставляя создавать и убивать жизнь. В зависимости от настроения.
Грустная и злая Любовь казалась какой-то неправильной. Редко, когда наблюдения за ней кончались людскими улыбками. Другое дело, взаимная. Она окрыляла и заставляла лучиться светом. Даже такие беспомощные и зависимые от Него создания, как люди, на какое-то время могли были похвастаться счастьем.
Любовь окрыляла сердца и превращала их в певчих птиц. И плохо было тем соловьям, которые томились в неволе… Они умирали и звали за собою людей... Иные обретали крылья и взлетали на них, почти до неба. А иногда эти птички долетали до самих облаков, и Ему нравилось разглядывать и гладить их. Такие люди были навеки счастливы…

Ещё одна эмоция – Гнев. Из списка тех, которые очень не нравились. Которые рвали поющих птичек на части и разбирали по пёрышкам – на память или просто так. Гнев вызывал дожди, ураганы и прочие стихийные бедствия, и Ему не слишком хотелось о нём говорить. Даже думать. Проще закрыть глаза. Куда лучше и интереснее, и полезнее лучистое счастье. Оно грело изнутри душу, расцветало как весенняя вишня. Оно всегда предвещало хорошее, и такие люди обретали навек покой.

…Он смотрел на мир сонными уставшими глазами. Иногда вспоминал начало этого мира. То, как Его приставили сюда Наблюдателем. Самого молодого и хилого – и дали Ему целый мир. Почему именно этот? Такой же слабый, девственный, ещё совсем чистый. Никто прежде не присматривал за Землей, да и она сама находилась на задворках Вселенной. (Остальные Братья получили другие планеты, более сильные, более могущественные, где-нибудь в Центральном районе.) Возможно, поэтому люди были столь несовершенны и слабы. Он придумал их по своему подобию, но те получились немного иными. Некие формы жизни, которые уже существовали на планете, которые лишь оставалось усовершенствовать. Они были такими – до Его появления. И после не изменятся – никогда. Никакая высшая сила не вправе изменить людей. Только они. Сами. Как бы надрывались Крылья.
Крылатый иногда спускался вниз, являлся землянам в людском обличие. Он выглядел, как обычный парень, а люди величали Наблюдателя «ангелом с неба». За огромные золотые Крылья, за улыбку Его и свет. Его любили те, что ждали от Неба счастья.
А сам он любил природу (из-за неё и согласился взять этот мир), помогал несчастным животным, особенно птицам, если те вдруг попадали в беду; делал тоже самое и с людьми, а после, оставив наедине спасённые и счастливые души, взлетал и растворялся в облаках… До нового дня, нового случая, новой мечты.
И так изо дня в день, из ночи в ночь, годами, веками, столетиями – до самого последнего вдоха…
***
Он помнил день, когда увидел Землю впервые. Этот затерянный невесть куда мир, полный ярких цветов и красок. Помнил, как учился управлять погодой, стихиями, как этому учил Главный... Как они практиковались сначала на маленьком мире, после на своей личной планете… Как неслись по Галактике, как выбирали то место, которому посвятим остаток своих вечных лет… «Всё помню. – подумал Он и, взмахнув Крыльями, в один момент разрушил владения Ночи. – Пора уже, хватит ждать!» - вскочил на ноги и помчался и куда-то за горизонт…
Что он хотел найти? Кого отыскать? Кого увидеть? Он светил, даже когда никто не просил, не дожидался и просто любил свой мир. Не понимал Братьев, которые ждали мольбы и выходили только несколько раз в год. В их мирах годами царствовал холод. Годами, десятилетиями земли впитывали объятия льда… А потом удивлялись, что мир их настолько печален. И винили в этом невинных жителей.
Он не делал так и любил планету, по-настоящему, без капли иронии или лжи. Светил, потому что не умел и не мог сдерживать в себе обилие света. Тот буквально распирал крылатого и рвался из каждой клеточки его тела… Каждое прикосновение заставляло мир преображаться. Бутоны распускались цветами, деревья меняли наряд. Прятались ночные твари, и в блеске волн становилась красивой вода... И всё-всё-всё это зависело лишь от его отношения, такого неожиданного для других, непонятого другими и осуждённого… Ведь их учили не так. За миром надо просто смотреть. А про слово «любить» не говорили и даже как будто не думали. Да что говорить, это слово придумал он, как и само это чувство. Дал ему имя, значение, вложил в души порученных существ-людей.
…Они никогда не поймут этого, не узнают и не догадаются. Будут ломать свои крошечные головки в попытках понять: «Почему?» По какой такой воле богов или неба наша Земля, наш мир устроен так необычно? Создал ли кто-то его и кто? Зачем, почему таким, а не каким-либо другим? И почему только эту планету?
Они никогда не поймут, что Солнечнокрылый Наблюдатель сам пожелал его сделать таким, изменил ввиду одной только прихоти, а прежде имел иной мир. Просто потому, что решил: так будет намного лучше… Дело, созданное с любовью лучше другого в сто раз. Поэтому один, единственный, уникальный, неповторимый, противоречащий всем и всему, доказывающий, что быть другим, значит порою быть лучше безликих многих… Просто потому, что любим…


Севастополь, 2018 – 2019 гг.

Опубликовано: 2019-05-01 10:24:07
Количество просмотров: 31
Комментировать публикации могут только зарегистрированные пользователи. Регистрация / Вход

Комментарии